Банкир по инвестициям утвердительно кивнул головой.

— Они могли бы дать вам при необходимости и 20 миллионов долларов или даже больше, но для начала вам вполне подошла бы сумма в 10 миллионов. Как только вы сделаете 10-миллионный проект, 20- и даже 50-миллионный не будут представлять проблемы, если у вас есть зарегистрированный, официально утвержденный протокол о намерениях.

Я как бы слышал, как богатый папа говорит, что все пойдет с большей или меньшей легкостью. Но я не мог поверить в то, что это может быть настолько легким. Все еще с некоторым недоверием я спросил:

— А на каких условиях можно все это получить?

— Я мог бы гарантировать твердые ставки от пяти до семи процентов на протяжении 40 лет и без права обратного требования.

— Без права обратного требования? — произнес я, задыхаясь. — Вы хотите сказать, что правительство не наложит арест на все, чем я владею лично, если данный проект пойдет плохо и я не смогу выплатить обратно взятые в долг деньги? Мой банкир терпеть не может займов без гарантии. Всякий раз, когда я занимаю у него деньги, он должен убедиться, что в качестве гарантии может рассчитывать на все, чем я владею.

— Это правильно, — сказал банкир по инвестициям. — Но ведь вы понимаете, что есть много постановлений и условий, ко-торые применяются в данном случае, но не применяются при обычном банковском финансировании.

—  Я понимаю это, — сказал я. — Но я не имел представления о том, каким щедрым может быть правительство.

— Время от времени попадаются еще лучшие варианты этих программ выпуска свободных от налогов правительственных облигаций. Это бывают так называемые невозвращаемые займы, когда правительство просто забывает о том, что ссудило вас деньгами, если вы достаточно хорошо ведете свои дела. Это, скорее, похоже на субсидию.

— Почему же правительство это делает? — спросил я.

— Потому, что одной из величайших проблем, перед которыми стоит наша страна, является строительство жилья для мало-обеспеченных. Правительство боится, что без таких людей, как вы, многие миллионы бедных людей окажутся бездомными и будут вынуждены жить в не отвечающих техническим требованиям трущобах, в криминальной среде. Правительство пре-следует владельцев трущоб и сажает некоторых из них в тюрьму. Эти владельцы здорово разживаются на бедняках, и пра-вительство хочет положить конец их бизнесу. В то же самое время оно готово предложить миллиарды долларов таким ис-ключительным предпринимателям, как вы, которые доказали, что могут со всей ответственностью управлять огромными многоквартирными домами.

— Правительство готово дать мне деньги, чтобы я стал еще богаче?

— Верно, — сказал банкир по инвестициям, в то время как агент по недвижимости продолжала с улыбкой слушать наш раз-говор. — И это не просто деньги. Это большие деньги. Если дела у вас пойдут хорошо в течение следующих нескольких лет, я могу помочь вам занять миллиарды долларов, если вы захотите взять такую огромную сумму и стать такими богатыми. В прошлом году один из наших филиалов вернул правительству более миллиарда долларов, так как не смог найти никого, кто получил бы право на их использование.

И тут Ким сказала:

— Но самое главное заключается не в том, чтобы разбогатеть на этом, а в том, чтобы сделать много добрых дел для множе-ства людей. У меня возникает желание подумать о том, чтобы превратить трущобы в безопасный жилой район для семейных людей.

— Именно этого и хочет от вас правительство. Трущобы являются источником большинства наших проблем. В них зарож-дается и растет преступность. Если вы сможете перестроить трущобы, превратив в безопасные жилые массивы, то в вашем распоряжении будет все больше и больше денег. Столько, сколько вы захотите.

— Следовательно, мы становимся богатыми, становясь партнерами правительства?

— Настолько   богатыми,   насколько  захотите,  — улыбнулся банкир по инвестициям. — Все, что вам придется делать, — это то же, что вы делали в последние 10 лет, то есть приобретать в собственность многоквартирные жилые дома и хорошо управлять ими. Все, что вам придется делать, — это воспользоваться своим 10-летним опытом для собственной выгоды. И мы с радостью поможем вам стать еще богаче. Знаете ли вы, как трудно найти людей с таким огромным опытом? Только дайте нам знать, когда будете готовы. Она, — показав рукой на агента, сказал он, — поможет вам найти собственность, а я найду для вас все необходимые вам деньги.

Наша встреча подходила к концу. Ким и я поблагодарили этих людей и направились к нашему автомобилю. Мы ехали и какое-то время молчали, пребывая в ошеломленном состоянии, не в силах поверить тому, что услышали. Так мы проехали не-сколько миль. Наконец Ким сказала:

— Ты помнишь тот 12-квартирный дом для сдачи внаем, который мы купили 10 лет назад?

— Я как раз думал об этом, — ответил я.

— А что случилось бы, если бы мы сделали иной выбор и сказали: «Я не могу себе этого позволить»? — спросила она. — Как сложилась бы наша жизнь, если бы мы позволили этим 35 тысячам долларов остановить нас?

Я минуту подумал и сказал:

— Думаю, мы и сегодня продолжали бы говорить эти слова. Если бы 35 тысяч долларов остановили нас тогда, то, по всей вероятности, они остановили бы нас и сейчас.

Выезжая с парковки, я словно слышал слова богатого папы: «Твое будущее определяется тем, что ты делаешь сегодня, а не тем, что будешь делать завтра». Я повернулся к Ким и сказал:

—  Если бы мы сказали 10 лет назад, что не можем позволить себе этого, то, по всей вероятности, говорили бы эти слова и сегодня.

Мы подъехали к дому молча, чувствуя приятное возбуждение и радость. И я опять услышал, как богатый папа говорит мне о том, что, когда ты уже стал богатым, стать еще богаче становится все легче и легче; что причина, по которой многие люди никогда не поднимаются выше уровня жизни среднего класса, заключается в их неверии в волшебные сказки. А так как они не верят в волшебные сказки, то не могут и почерпнуть из них полезные уроки. Вылезая из машины, я молча поблагодарил моего богатого папу и снова услышал его слова: «Всегда помни, что волшебные сказки реализуются наяву... так или иначе».