Все эти японские покушения, естественно, не собираются решать наши проблемы. Мы ведь не страдаем неспособностью производить. Все, что угодно, только не это! Наш дефицит - новое мышление. Та же проблема, которая победила американских индейцев, маори Новой Зеландии, гавайцев, аборигенов Австралии и многие другие туземные народы - недостаток информации - начинает забивать Запад.

Люди, поверившие в дефицит, становятся жадными. Наш бизнес и правительство переполнены жадными людьми. Из-за того-то люди боятся нехватки, они начинают действовать в отчаяньи и совершать отчаянные попытки.

Теория Мальтуса, идея дефицита также способствует созданию менталитета "мне первому" и "выживает сильнейший", ведущему в свою очередь к империализму. Оттесняй слабого потому, что не хватит. Хватай их ресурсы и наши люди будут жить. Во имя этого социального дарвинизма мы уничтожили миллионы туземцев. Когда я во Вьетнаме оказался пойманным в сети имперской политики, я почувствовал, что это еще не все. Когда я взаимодействовал с менеджментом американской лесной промышленности, я убедился, что они все мыслят в русле дефицита. Наши вырубленные леса - тому доказательство - ресурсы, которые мы должны были выращивать годы назад, а не уничтожать ради сиюминутной выгоды.

Если мы хотим эволюционировать, мы должны научиться мыслить иначе. Идея "выживает силь-нейший" жестока и бесчеловечна. Она же продолжает скрываться в учебных планах нашей сис-темы образования. Наши школы продолжают классифицировать, категоризировать, оценивать и противопоставлять одного ребенка другому в жестокой игре выживания сильнейшего, разыг-рывающейся в классных аудиториях по всей стране.

Наша образовательная система полностью описывается теорией Мальтуса. Недавно одна из школ Портленда в Орегоне значительно подняла плату за обучение. В некоторых случаях зарплата учителей выросла на 30%. С одной стороны я рад за них, что они теперь зарабатывают больше, а с другой они обрекли себя на отсутствие работы. Может быть, не себя лично, но учителей в целом. Им тяжело будет найти работу по профессии, которая бы оплачивалась так же и была гарантированной. Почему я могу это утверждать? Очень просто. Учителя хотят повышения оплаты без соответственного увеличения продуктивности. Истина в том, что высокооплачиваемая школа рано или поздно вынуждена будет корректировать свои расходы, что вызовет недовольство и родителей, и детей.

Если учителя думают, что их работа гарантирована, и что они могут просто требовать повышения зарплаты потому, что их защищает правительство, им стоит посмотреть на то, что происходит в Американском Почтовом Сервисе. Там думают, что у них есть монополия (дефицит) потому, что они правительственная служба. Но наша жизнь ускоряется, а почтовая служба отказывается соответствовать нуждам своих потребителей. Федеральный Экспресс и другие частные почтовые службы родились только потому, что наш почтовый сервис слишком высокомерен - они думают, они единственное шоу в городе. Люди хотят платить за скорость - и за лучший сервис, чего не может предоставить им государственный департамент.

Бизнесмены заполнили пустую нишу частными почтовыми услугами. Имея факсы, стоящие меньше, чем средний цветной телевизор или музыкальный центр, частные почты начали конку-рировать с американским почтовым сервисом. Если последние поднимут цены без улучшения сервиса, они будут вытеснены из бизнеса. Наши почтовые служащие могут продолжать ожидать повышения зарплаты без улучшения качества обслуживания только потому, что их защищает правительство. Как долго может просуществовать такая наивная некомпетентность, посмотрим.

То, что происходит с нашим почтовым сервисом, происходит сейчас и в системе общественных школ. Их дни сочтены. Образование - единственный бизнес, который в случае провала обвиняет потребителя. Недовольство населения по поводу повышения налогов на образование без мало-мальской отдачи постоянно растет.

Недавно я встретил учительницу, которая сказала, что у меня нет права преподавать, так как я не имею педагогического сертификата. Она хотела бы знать, что дает мне право преподавать. Я сказал ей, что это право дает мне система свободного рынка. Если бы мои студенты не считали бы, что в обмен на свое время и деньги они получают от меня нечто ценное, они не стали бы ре-комендовать свое обучение своим друзьям, и я бы оказался вне своего бизнеса. Затем она хотела знать, как я могу так много тратить. И снова я ответил, что люди готовы платить больше, если в короткое время получают больше. Далее она сказала, что это ужасно, когда люди наживаются на образовании. Она была совершенно не в состоянии увидеть, что получаемая выгода прямо зависима от уровня удовлетворения потребителя - люди будут платить за те то-вары, в которых есть потребность.

Каждый раз, когда я слышу преподавателей, требующих большую оплату за меньшее обучение, мне хочется спросить, в каком мире они живут. Как говорят молодые пилоты в фильме "Сверх-оружие", мне нужна скорость. У учителей должна быть та же потребность. Мир движется для них слишком быстро, чтобы удержаться в общем потоке. Большинство преподавателей не понимает, что частное обучение такое, например, как мое, не было бы таким прибыльным или таким успешным, если бы общественные преподаватели выполняли свою работу более эффективно.

Одна из причин, по которой наши инструктора зарабатывают денег больше, чем учителя обще-ственных школ в том, что одновременно мы обучаем от 50 до 1000 человек. Мы обучаем людей большему количеству информации за меньшее время с большим удовольствием. Классическая система образования хочет обучать только нескольких детей, предлагая за более длительное время меньшее количество информации и расходуя больше денег налогоплательщиков.

Образование - одна из величайших индустрии в мире. Бизнес, самостоятельно обучая своих работников освоению новых технологий, тратит биллионы долларов. Между тем технологические преимущества и обучение им абсолютно игнорируются добродетельными преподавателями.